25 марта в зале Кировского районного суда Махачкалы начнется спектакль. Подсудимый – владелец старейшего петербургского швейного предприятия «Маяк» и член президиума Общественной палаты Санкт-Петербурга Сергей Петров. По версии обвинения – заказчик расстрела своего заместителя Тахира Казаватова, мошенник и вымогатель, который умудрился переписывать на себя имущество убитого компаньона. Так квалифицирует его деяния младший брат Тахира – Рашид, ранее бригадир строителей, а теперь руководитель одного из охранных предприятий.

Об особенностях южного правосудия, правда, в Краснодарском крае, широко поведал федеральный судья города Сочи Дмитрий Новиков. Он – единственный в мире служитель Фемиды, отсидевший год за решеткой, но снова надевший мантию. Коллеги упекли Новикова в тюрьму за то, что смельчак рассказал, как расхищаются судьями Краснодарского края олимпийские земли. «Предателя» поджаривали на солнцепеке в железном ящике, окатывали ледяной водой и нагишом таскали на допрос. О нравах, которые царят в судейском клане, Дмитрий Новиков высказывается более чем откровенно: «Вы бы послушали разговоры в кабинетах и курилках. Один судья озабоченно жалуется, что «сволочь председатель» не дает ни одного денежного дела, поэтому две недели сидит на мели. Другой тоже сетует: как в глаза жене буду смотреть, даже 200 долларов сегодня домой не понесу!

Какое отношение это имеет к процессу, который через несколько дней начнется в Махачкале?

Человеку разумному понятно, что если обвиняемого хотят «развести на деньги», значит его вина – сомнительна. В декабре 2014 года, отсидев одиннадцать месяцев в СИЗО, Сергей Петров дал заочное интервью петербургским журналистам.

Вопрос: Пытались ли с вами договориться о «цене» за вашу свободу?

Ответ: Да, указанная цена за уголовное дело – 400 миллионов рублей. За эту сумму с меня готовы были снять все обвинения. Вопрос обещали решить моментально. Но даже если бы деньги были, коллектив предприятия и я особенно не намерены кормить вымогателей.

Скажем проще, есть люди, которые желают если не получить с Петрова круглую сумму за прекращение уголовного преследования, то вынуждают обвиняемого владельца распрощаться с акциями швейного предприятия «Маяк» в их пользу. В сентябре 2003 года автомобиль, в котором находился предприниматель вместе с несовершеннолетней дочерью, преступники в упор расстреляли из пистолета, врачи так и не смогли извлечь одну из пуль из головы Сергея Петрова. Уголовное дело №674670 возбудили по статье хулиганство и вскоре приостановили расследование, поскольку не было установлено лицо, подлежащее уголовной ответственности.

А теперь хронология. В феврале 2000 года в Махачкале несколькими выстрелами убили Тахира Казаватова, компаньона Петрова по «Маяку». Ценные бумаги наследовала мать убитого. В июне 2003 года она подарила акции гражданину Алиеву, тот расстался с ними в пользу некоего Загоруйко, а затем долю выкупил Петров. По всей вероятности, такой расклад не устроил других родственников Тахира Казаватова. Владелец «Маяка» стал получать угрозы. Следствие почему-то не усмотрело никакой связи между такими угрозами и стрельбой по автомобилю Петрова.

Кто именно был недоволен тем, что имущество «Маяка» официально перешло к Сергею Петрову, догадаться нетрудно. Когда мать Тахира Казаватова скончалась, о своих претензиях на предприятия заявил его младший брат Рашид. Он подал иск в арбитражный суд, но все три инстанции, включая Арбитражный суд Северо-Западного региона, согласились с законностью приобретения Петровым ценных бумаг. Свой вердикт третья инстанция вынесла в феврале 2014 года, когда петербургский предприниматель уже находился за решеткой.

Один штрих. В январе прошлого года Сергея Петрова неожиданно задержали на улице крепкие люди в штатском. Затем его посадили в автомобиль без номеров, привезли в аэропорт, а через несколько часов генеральный директор «Маяка» оказался в камере махачкалинского СИЗО. Люди в штатском были сотрудниками Следственного комитета по Республике Дагестан.

Единственным основанием для задержания Петрова стали показания явившегося с повинной в октябре 2012 года участника убийства Тахира Казаватова – некоего Шамиля Алибекова. На допросе Алибеков, перешедший в статус свидетеля, показал, что в 1999 году в кафе «Абрикосовъ» в Санкт-Петербурге от группы лиц был получен «заказ» на физическое устранение дагестанского бизнесмена. Всех участников той встречи Алибеков назвал по именам и фамилиям, за исключением «Петровича», внешности которого не запомнил. В «Петровиче» по скайпу был опознан якобы Петров Сергей Борисович.

Сам Петров в прошлогоднем декабрьском интервью заметил: «В материалах уголовного дела есть протокол допроса меня как свидетеля, которого следователь, ведущий мое уголовное дело, не проводил. При желании можно поднять материалы следствия (том 4, лист 127-136 – там содержатся первые показания Алибекова) и на этом основании прекратить уголовное дело за отсутствием состава преступления. Потому что, читая материалы уголовного дела и обвинительного заключения, становится совершенно очевидным – события, описанные в данных произведениях, ко мне никакого отношения не имеют».

Между прочим, кафе «Абрикосовъ» в 1999 году в Санкт-Петербурге вообще не было.

Уголовное дело против Сергея Петрова насчитывает 69 томов, обвинительное заключение – 423 листа, все показания свидетелей базируются на мнениях людей, которых давно нет в живых. В ход может идти любая выдумка. Хотя цена этому преследованию известна – 400 миллионов рублей. По лаконичному замечанию федерального судьи города Сочи Дмитрия Новикова, «до суда доходят лишь дела, которые не успели продать на стадии следствия или утверждения обвинительного заключения».

Информация с сайта "Мой Дагестан". www.moidagestan.ru